Леотар Кел’Таэль – уже не самый молодой представитель своего народа. Покрытый парой несущественных по человеческим, но придающих виду мудрости по эльфийским меркам морщин, он откликнулся на зов Амадея и отправился на запад вместе со многими другими беженцами из Кель’Таласа. Не менее важной причиной для его прибытия стала Талари, его плоть и кровь. Единственная и любимая дочь, к которой эльф питает по-настоящему тёплые отцовские чувства. Чувства, на которых враг был обязан сыграть. 

Тропы Грёз перенесли Леотара и его соратников на усеянную трупами эльфов тропу, что кишела агрессивными клыкастыми чудовищами из народа троллей Амани. Верхом на единорогах, они сумели прорваться через ряды противника и добраться поселения, где высшие эльфы держали оборону. Там гордый, даже высокомерный Леотар столкнулся с одним из своих страхов – осуждением, обвинением в слабости, обвинением в совершении массы ошибок. Его отчитали за потери. Отчитали за то, что все погибли, а он вернулся. Он выжил.

И на этом атака Кошмара не прекратилась. Клеймо Чистого Рассвета, что Леотар так тщательно скрывал, тоже стало всеобщим достоянием. Это вызывало тревогу, стыд, приводило в бешенство. Океан эмоций бушевал внутри Леотара, но для поражения этого было мало.

И вскоре был нанесён решающий удар. На Талассийском перевале Леотар вместе со своими соратниками дал бой армии Плети. Он помнит тот день. Тогда всё действительно было так. Плеть быстро прорвала оборону и хлынула на вечно зелёные леса Кель’Таласа. Но сейчас среди штурмующих была Талари. Мёртвая, холодная, безжизненная. Кошмар действительно сыграл на чувствах Леотара. Был сыгран финальный аккорд.

Кошмар одолел Леотара Кел’Таэля.